по-прежнему остается очень интересным чтивом:
Со мной поделились тайной – в русском рэпе существует заговор. Точнее, русский рэп так же, как и мировая экономика, находится в чьих-то руках и под строгим контролем. Дальше уже не смешно и не оригинально. Конечно, это жыды. «Тот, кто знает, поймёт то, о чём речь идёт», но речь сейчас не об этом. Искать виноватых – удел неудачников. Ведь гораздо проще нафантазировать рэп-сионистов, собирающихся в подвале синагоги обсудить коварные планы по высасыванию воды из наших кранов и денег из наших кошельков, чем записать альбом, который взорвёт головы от Калиниграда до Петропавловска-Камчатского.
Есть официальный рэп и рэп, который представители официальной культуры рэпом не считают. В одном мире – рейтинги, топы и призовые места по итогам года. В другом – миллионы просмотров на YouTube, тысячи подписчиков на «Вконтакте» и битком набитые клубы на концертах. В одном прокачивают скилзы и повышают уровень свэги, в другом под корявые биты читают простые и понятные народу слова.
И это не нарочитая игра в простолюдина, так ценимая музыкальными критиками и офис-менеджерами. Это true yoba-boba culture обоссаных подъездов и веранд детских садов. Парни, которые знать не знают историю хип-хопа и плевать хотели на каноны жанра. Они говорят на языке своих слушателей, и пока одни делают хасол, другие просто делают сборы. Слушатель голосует рублём.
Это новое время в русском рэпе. Новый этап развития. Технологии дали возможности, Интернет сократил дистанцию. Сегодня каждый может взорвать. Или хотя бы попытаться.
Имена этих исполнителей вы навряд ли увидите в музыкальных журналах, а их лица вам скорее всего не покажут по телевизору. Они останутся в памяти народа. А памяти сейчас катастрофически не хватает. Приходится постоянно что-то удалять и форматировать флэшки.
или например:
Это мечта многих. Делать то,что ты любишь, и получать за это деньги. Для кого-то из моих друзей это большие деньги, для кого-то это смешные суммы. Неважно. Мне хватает. Главное - я не хожу на ненавистную работу, чтобы я мог купить себе еды для того, чтобы я мог ходить на работу для того, чтобы я мог купить себе еды.. Я - счастливый человек.
И чем популярнее наша группа, тем больше денег мы заработаем. Но. Мы не обслуживаем интересы слушателей. Мы не бармены, не официанты и не лабухи в кабаке. Если кому-то нравятся наши песни и этот кто-то носит трусы в горошек, а по утром завтракает овсянкой, это не значит, что мы будем делать то же самое.
Нам предлагали, чтобы к нам на студию приехал Зюганов и вместе с нами читал рэп на камеру, нас звали в Грозный обсуждать проблемы межнациональных отношений в Москве, нас приглашали выступать на Селигер, а представители менее крупных, но более радикальных организаций вдохновляли нас написать песни, которые должны были помочь им изменить мир.
Мы были и остаёмся творческими эгоистами. В своих песнях мы говорим о том, что мы знаем, думаем, переживаем. Кто-то воспринимает наши слова серьёзно, для кого-то это просто развлечение. Кто-то слушает, кто-то слышит. Мы не претендуем на звание мудрецов или наставников, мы никого не ведём за собой и не учим быть, как мы. Единственное, в чём я могу быть примером - в том, что я выбрал Путь, и продолжаю идти по Нему, несмотря на свою кривоногость. Мою жизнь изменил Христос, а не песенки. И если это помогло такому грешнику как я, то, возможно, поможет и вам. Если вам это, конечно, надо. Выбор есть у каждого.
